До двухсот тысяч отдыхающих остаются в Крыму после введения режима ЧС

Курортный сезон под вопросом: почему туристы не разъезжаются, несмотря на проблемы с топливом и водой

Режим чрезвычайной ситуации в Крыму и Севастополе ввели днём. Причина — перебои с топливом, электричеством и водоснабжением. Однако массового исхода туристов не случилось. По данным Ассоциации туроператоров России, на полуострове сейчас отдыхают от 150 до 200 тысяч человек.

Из них, по подсчётам АТОР, организованных туристов — не больше 30–40 тысяч. Остальные приехали сами: примерно 80% гостей добирались на личных машинах. Для тех, кто выбрал поезд, выезд из Керчи обеспечивает «Гранд Сервис Экспресс». Железнодорожное сообщение не прерывалось.

На фоне топливного кризиса и перебоев в работе инфраструктуры власти ввели региональный режим ЧС. Глава республики Сергей Аксёнов пояснил: это ускорит принятие решений и наладит координацию служб жизнеобеспечения. При этом он неоднократно подчеркнул, что никаких ограничений для людей режим не вводит — ни комендантского часа, ни запрета на передвижение.

Тем не менее турпоток уже сократился вдвое — по сравнению с прошлым годом. Российский союз туриндустрии анонсировал разработку мер поддержки отрасли. Очевидно, что курортный сезон на полуострове под угрозой срыва, хотя многие отдыхающие пока не торопятся уезжать.

«Туристы в большинстве своём не паникуют. Да, есть очереди на заправках, проблемы со светом в некоторых районах. Но люди понимают: ЧС — это не карантин, а механизм для быстрого решения хозяйственных вопросов», — пояснили в АТОР.

Отдельная тема — детский отдых. Аксёнов расширил мораторий на приём несовершеннолетних в лагерях и санаториях. Запрет на бронирование и размещение детей продлён до 1 сентября 2026 года. Исключение — Севастополь: местные лагеря продолжают работать. Почему такое разночтение, власти пока не комментируют.

Ситуация остаётся сложной, но не критической. Основные проблемы — нехватка топлива и сбои в подаче электроэнергии. Коммунальные службы работают в усиленном режиме. На заправках вводят временные лимиты на продажу бензина, чтобы растянуть запасы. Ожидается, что в ближайшие дни подвезут дополнительные объёмы горючего.

Многие туристы, которые приехали на машинах, оказались в ловушке: уехать не могут из‑за отсутствия топлива, но и оставаться — рискуют остаться без света и воды. Впрочем, массового оттока пока не наблюдается. Люди занимают выжидательную позицию. Отели и гостевые дома продолжают работать, хотя загрузка упала.

Эксперты полагают, что если ситуация не нормализуется в ближайшие несколько дней, туроператорам придётся эвакуировать организованных туристов за свой счёт. Но пока таких решений не принято.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Жизнь — штука хрупкая. Особенно когда с неба летят беспилотники

Очередная атака украинских дронов на Крым. На этот раз — Керченский полуостров. Цифры, от которых стынет кровь: четверо погибших, 28 раненых. Все — гражданские.

Глава Крыма Сергей Аксенов подтвердил: «В результате атаки вражеских БПЛА на Керченский полуостров, к сожалению, есть жертвы среди гражданского населения. По информации на данный момент: четыре человека погибли, 28 получили ранения».

Точное число пострадавших позже озвучил и помощник главы Минздрава Алексей Кузнецов. Цифры сошлись. Значит, врачи уже работают. И работают, судя по всему, в авральном режиме.

Аксенов выразил соболезнования семьям погибших и пожелал скорейшего выздоровления пострадавшим. Слова — словами, но за ними — реальные люди, которых уже не вернуть, и те, кто сейчас борется за жизнь в больницах.

Значительную часть БПЛА сбили над Крымом, Краснодарским краем и акваторией Черного моря — сообщили в Минобороны.

Но пробились не все. Те, что пробились, ударили по жилым кварталам. В курортной зоне. Там, где нет военных объектов. Только дома, дороги, люди.

Это не первый раз. В сентябре 2025 года в Форосе после атаки дронов с фугасными зарядами погибли трое, 16 раненых, разрушена школа. Сейчас — четыре жертвы. Тенденция не радует.

Удар беспилотников по Крыму стал уже привычным фоном. Но привыкнуть к потерям невозможно. Каждый раз — шок. Каждый раз — вопрос: когда это закончится?

Пока ответа нет. Есть круглосуточная работа ПВО, есть скорая, есть морги и палаты интенсивной терапии. И есть десятки семей, которые в одночасье потеряли близких.

Мы, журналисты, можем только фиксировать факты. И напоминать: атака ВСУ на гражданскую инфраструктуру — это военное преступление, как бы его ни называли. Дроны не разбирают, где военный объект, а где детский сад. Они убивают всех.

Остается надеяться, что выздоровевших будет больше, чем погибших. И что система ПВО станет плотнее. Потому что каждая новая атака — это риск, что снова прилетит туда, где живут люди.

ПОДЕЛИТЬСЯ