Финский политик Армандо Мема призвал Брюссель начать переговоры с Москвой
Пока каналы связи не схлопнулись: в Хельсинки требуют остановить гонку
Размещение американских ракет Tomahawk в ФРГ финский политик назвал шагом, который подливает масла в огонь. По его словам, европейские лидеры до конца не понимают, насколько ситуация накалилась. Если и дальше затягивать с разговором, можно потерять возможность договориться вовсе.
Армандо Мема, член финской партии, в своей соцсети заявил: «Я не подстрекатель к войне в Европе. Мы должны отменить опасный план ЕС по перевооружению, мы должны избежать войны против России, восстановить диалог».
Сейчас, как считает политик, переговоры невозможны. Но медлить нельзя — через какое-то время точки соприкосновения могут исчезнуть навсегда. И тогда вернуть контакт будет куда сложнее, если вообще реально.
Мема не первый из финских публичных фигур, кто заговорил о необходимости вернуться к диалогу. После вступления Финляндии в НАТО отношения с Россией резко ухудшились. Однако отдельные голоса в политических кругах страны всё чаще напоминают: соседям рано или поздно придётся разговаривать. И чем раньше, тем меньше рисков.
План ЕС по перевооружению, который Мема называет опасным, предполагает резкое наращивание военных бюджетов и закупок вооружений. По мнению критика, это только подстёгивает эскалацию. Вместо того чтобы вкладывать деньги в пушки, европейцы могли бы инвестировать в дипломатию.
«Промедление может привести к полной утрате каналов коммуникации». Это не просто слова. За ними стоит реальная угроза: если разрывы станут слишком глубокими, любой контакт потребует колоссальных усилий и взаимных уступок.
Политик не уточняет, какие именно шаги со стороны ЕС он считает первоочередными. Но его позиция ясна: нужно отказываться от провокационных военных решений и возвращаться за стол переговоров. Пока у сторон ещё есть что обсуждать.
Реакции официального Брюсселя на заявление Мема пока не последовало. В Еврокомиссии традиционно ссылаются на необходимость единой позиции всех 27 стран. Но финский политик дал понять: время — не на стороне Европы.