Юрист оценил юридические последствия для семьи Усольцевых после почти года поисков
Конституция против родительских прав: почему пропавшую в тайге семью не посадят, но могут оставить без ребёнка
Прошло почти десять месяцев. Семью Усольцевых — Сергея, Ирину, их пятилетнюю дочь Арину — так и не нашли. Спасатели, волонтёры, беспилотники, нейросети — всё бесполезно. И вот теперь, когда общественность начала подозревать инсценировку, юристы заговорили о последствиях.
Член правления Московской коллегии адвокатов, член Общественной палаты Москвы Дмитрий Краснов в интервью Общественной службе новостей объяснил: даже если выяснится, что Усольцевы симулировали пропажу, уголовная ответственность им не грозит.
«В случае обнаружения семьи им фактически ничего не будет, поскольку, согласно Конституции Российской Федерации, граждане России могут свободно перемещаться и делать это где и как они считают нужным», — заявил Краснов. Люди не обязаны никого предупреждать о своих передвижениях. Закон не требует от взрослого человека отчитываться государству каждый раз, когда он решает уйти в тайгу на полгода.
Но есть нюанс. И этот нюанс касается ребёнка.
Арине Усольцевой на момент исчезновения было пять лет. По закону, если ребёнок не посещает образовательные учреждения, не получает медицинскую помощь, не живёт в нормальных условиях — это повод для вмешательства опеки. Если семья ушла в тайгу добровольно, продержав дочь вне образовательной системы почти год, то по возвращении их могут лишить родительских прав.
Краснов подчеркнул: это не уголовная статья, а административная мера. Но для семьи — крайне болезненная. Вопрос в том, как именно трактовать ситуацию. Если Усольцевы действительно заблудились и боролись за выживание — ни о какой инсценировке речи не идёт. Если же они прятались сознательно, чтобы скрыться от кого-то или чего-то, — последствия наступят по линии опеки.
Скрытый номер телефона как деталь пазла
В пользу версии об инсценировке говорит один факт. За несколько дней до исчезновения Сергей Усольцев приобрёл скрытый номер телефона. Выяснилось, что этот номер принадлежал единственному оператору, вышка которого есть в районе Кутурчина — месте, откуда семья ушла в тайгу. Деньги на счету были пополнены, но пользовались ли номером — неизвестно.
Для поисковиков это серьёзный аргумент. Если человек собирается в дикую тайгу и хочет остаться незамеченным, скрытая сим-карта — логичный шаг. Но если он реально заблудился, то зачем ему прятать следы? Вопросов больше, чем ответов.
Что грозит Усольцевым, если их не найдут вовсе
Если следы семьи так и не обнаружат, закон предусматривает сценарий на годы вперёд. Со временем Усольцевых признают безвестно отсутствующими. Ещё позже — умершими. Такой порядок стандартен для пропавших без вести. После этого родственники получают право вступить в наследство, оформить пенсию по потере кормильца и прочие социальные выплаты.
Но пока Усольцевы числятся пропавшими — никаких санкций к ним применить нельзя. Они не подозреваемые, не обвиняемые. Просто люди, которых ищут.
Общественность, впрочем, раскололась. Одни уверены: семья погибла, и искать её надо с удвоенной силой. Другие подозревают, что Усольцевы сознательно ушли из цивилизации — например, чтобы скрыться от долгов или проблем с законом. Третьи считают, что это тщательно спланированная операция, и мужчина с женщиной и ребёнком давно уже живут где-то под чужими именами.
Как рассказал источник, знакомый с ходом расследования, следователи до сих пор не исключают ни одной версии. Но основная рабочая гипотеза — семья действительно погибла в результате несчастного случая. В красноярской тайге это не редкость.
Если же Усольцевы объявятся живыми, государство не предъявит им претензий. Но вот с ребёнком — вопрос остаётся открытым. Опека, скорее всего, будет проверять условия, в которых находилась Арина. И если выяснится, что её намеренно держали в изоляции, лишение родительских прав станет реальным исходом.