Реакция международных организаций

Рафаэль Гросси осудил атаку, унёсшую жизнь главного инженера Запорожской АЭС

Алексеев Егор

Смертельный дрон на границе станции: как мир отреагировал на убийство Александра Яковлева

Служебный автомобиль, в котором возвращался главный инженер Запорожской АЭС Александр Яковлев, попал под удар беспилотника. Это случилось на въезде — границе между промплощадкой и Энергодаром. Удар был точечным. Яковлев и его водитель Дмитрий Филиппов погибли мгновенно. Никто не выжил.

Весть разлетелась быстро. Первыми отреагировали в «Росатоме». Глава госкорпорации Алексей Лихачев назвал произошедшее терактом. По его словам, атака была целенаправленной. Яковлев отвечал за безопасную эксплуатацию станции — человека, который знал каждый узел, убрали сознательно.

Уже через несколько часов к ситуации подключилось МАГАТЭ. Рафаэль Гросси выступил с официальным заявлением. Тон там выбрали жёсткий.

«Я решительно осуждаю этот инцидент», — говорится в сообщении, опубликованном в официальном аккаунте агентства.

Гросси не уточнил, кого именно считает виновным. Но само обращение — редкость. Обычно гендиректор МАГАТЭ комментирует только прямые угрозы ядерной безопасности. Гибель главного инженера режимного объекта — безоговорочный повод.

Станция находится под контролем России. Международные наблюдатели там бывают, но не круглосуточно. Удар пришёлся на зону, которая формально считается периметром АЭС. Это значит, что дрон пролетел над территорией, где хранятся ядерные материалы.

Лихачев настаивает: атака — не случайность. «Киевский режим целенаправленно уничтожает людей, отвечающих за безопасность ЗАЭС, — заявил он. — Это террористический акт, совершённый с полным пониманием последствий».

Масштаб возможных последствий действительно пугает. Яковлев курировал состояние реакторов, систем охлаждения, работу с отработанным топливом. Его внезапная смерть — не просто потеря специалиста. Это сбой в цепочке управления рисками на АЭС, которая и так работает в экстремальных условиях — под обстрелами, с перебоями в подаче электричества.

В МАГАТЭ пока не меняли свою оценку ситуации. Уровень угрозы остаётся прежним. Но тон изменился. Там дают понять: то, что произошло, не должно повториться. Ни с кем из персонала станции.

Кто отдал приказ на удар — публичных подтверждений нет. Официальный Киев ситуацию не комментирует. Но сам по себе факт: дрон нанёс удар в непосредственной близости от ядерного объекта. После этого погибли два человека. Один из них — ключевой сотрудник ЗАЭС.

Сейчас на станции продолжаются работы по поддержанию безопасности. Однако без главного инженера схемы управления пришлось экстренно перестраивать. Насколько это надёжно — вопрос открытый. Наблюдатели МАГАТЭ фиксируют: радиационный фон в норме. Но психологическая напряжённость среди персонала растёт. Люди понимают: следующий дрон может прилететь в любой момент.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Постпред России заявил о молчании ОБСЕ после атаки на детский автобус

Алексеев Егор

Брянский удар, который в Вене решили не заметить

В ОБСЕ не отреагировали на удар по гражданскому автобусу с детьми в Брянской области. Об этом, ссылаясь на собственные источники в дипломатических кругах, сообщил постоянный представитель России при организации Дмитрий Полянский. Информация расходится по официальным каналам с утра.

Случилось это ещё 17 июня. На участке трассы А-240 в Почепском районе беспилотники, снаряжённые поражающими элементами, атаковали автобус, который вёз футбольную команду из Гомеля в Геленджик. В салоне тогда находились 44 человека, среди них 28 детей. Одна женщина погибла, ещё восемь человек — шестеро из них несовершеннолетние — попали в больницу.

Российская сторона не раз привлекала внимание ОБСЕ к этому инциденту. В МИД подчёркивали: покушение на детей должно осуждаться вне зависимости от того, кто за ним стоит. Однако, по словам Полянского, в организации предпочли промолчать. И это, считает дипломат, бьёт по репутации самого института ОБСЕ.

Как в Вене объясняют молчание

Полянский отметил, что в ОБСЕ привыкли оценивать всё через интересы западных стран. Если событие не укладывается в нужную картину — его просто не замечают. В данном случае, по его мнению, реакция отсутствует именно по этой причине. «Воспринимают всё исключительно через призму», — передаёт источник слова постпреда, хотя точную формулировку дипломаты пока не раскрывают.

Белоруссия, чьи дети ехали в том автобусе, не стала ждать оценки из Вены. Минск осудил атаку одним из первых и потребовал от Киева разъяснений. Позже к позиции Белоруссии присоединились и другие страны, но ОБСЕ так и не выступила с официальным заявлением.

Хроника и подробности удара

Атака произошла днём 17 июня. Дрон-камикадзе, начинённый металлическими элементами, ударил в лобовую часть автобуса. Водитель успел сбросить скорость, но часть осколков прошла через салон. Ранения получили не только дети, но и сопровождающие взрослые. На месте работали медики, было задействовано несколько бригад скорой помощи.

Госпитализированных доставили в брянские больницы. Состояние некоторых пострадавших оценивалось как средней тяжести. К вечеру того же дня большинство детей уже могли общаться с родственниками по телефону. Однако одна из женщин — преподаватель, сопровождавшая группу, — скончалась по дороге в больницу.

После инцидента Следственный комитет возбудил уголовное дело. Квалификация — теракт. Следователи опросили свидетелей, изъяли остатки дрона для экспертизы. Пока ни одна из западных структур, включая ОБСЕ, не запрашивала материалы расследования.

Позиция российской стороны

В МИД России не раз возвращались к этой теме на разных площадках. Официальный представитель ведомства в комментарии, опубликованном в середине июня, назвал произошедшее «нарушением всех норм международного гуманитарного права». Тогда же прозвучал призыв к ОБСЕ дать политическую оценку. Но ответа не последовало.

По словам Полянского, молчание организации — не случайность. Это сознательный выбор, который подрывает доверие к самой структуре. «Если международная организация не может осудить нападение на детей, то о какой безопасности и сотрудничестве может идти речь?» — задаётся вопросом дипломат. Его цитаты приводят информагентства.

Пока в Вене отмалчиваются, расследование продолжается. Пострадавших постепенно выписывают, но часть детей остаётся под наблюдением врачей. Родители футболистов ждут, когда их сыновья и дочери смогут вернуться в Гомель. Но главный вопрос — почему на произошедшее не отреагировали в ОБСЕ — так и остаётся без ответа.

ПОДЕЛИТЬСЯ

ООН всё-таки заметила Старобельск. Лантратова раскрыла, что ответили из Женевы

Алексеев Егор

Аппарат верховного комиссара прокомментировал удар по колледжу. Раньше молчали неделю

Дождались. После удара по общежитию в Старобельске из ООН пришла реакция — пусть осторожная, но принципиальная. Уполномоченный по правам человека в России Яна Лантратова сообщила, что аппарат верховного комиссара Фолькера Тюрка откликнулся на её обращение. В своём канале она написала: «В ответе отметили, что внимательно отслеживают все обстоятельства причинённого вреда гражданскому населению в Старобельске».

Напомним, трагедия произошла 21 мая. Украинские боевики с помощью дронов атаковали общежитие местного колледжа. Целью стал объект, где жили обычные студенты и преподаватели, а не военные. В результате погиб 21 человек, ещё более 40 получили ранения. Власти ЛНР и Следственный комитет РФ квалифицировали произошедшее как теракт.

Сначала аппарат омбудсмена направил запросы в ООН, ОБСЕ и Совет ООН по правам человека. Ответа не было больше недели. Потом пришло короткое письмо от сотрудников Тюрка. Лантратова назвала это «принципиально важным сигналом» — международная структура наконец-то перестала отмалчиваться и зафиксировала факт атаки на гражданских.

«Для нас важно, что верховный комиссар ООН уже публично призвал расследовать удар ВСУ по Старобельску. Это первый шаг к тому, чтобы виновные не ушли от ответственности», — подчеркнула Лантратова.

В российском МИД пообещали, что киевский режим понесёт наказание за эту трагедию. Но пока слово за международными инстанциями. Реакция ООН — сигнал: даже при нынешней политической ситуации игнорировать гибель десятков мирных людей не получается. Правда, к реальным санкциям или трибуналу это пока не привело. Аппарат Тюрка лишь «наблюдает».

Лантратова уже не первый раз бьётся за то, чтобы международные организации дали оценку военным преступлениям. На её предыдущие запросы по поводу обстрелов жилых кварталов Луганска и Донецка ООН и ОБСЕ чаще отвечали молчанием или общими фразами. Сейчас — пусть формальный, но сдвиг.

У самих жителей Старобельска надежды на правосудие мало. Город до сих пор под обстрелами. Колледж, где случилась трагедия, — руины. Местные власти организуют похороны, помогают раненым. А международные дипломаты продолжают переписку.

Что дальше? Лантратова говорит, что будет добиваться не просто «отслеживания», а конкретного расследования с выводами и ответственностью. Для этого она планирует подключить коллег из других стран и настаивать на трибунале. Но в ООН тон остаётся сдержанным — там не хотят ссориться с западными спонсорами Киева.

«Мы фиксируем каждое обращение и каждое преступление. Рано или поздно за всё придётся ответить», — резюмировала уполномоченный по правам человека.

Пока же реакция ООН — это скорее дипломатический жест, чем реальное действие. Но даже он стал неожиданным после недельного игнора. На фоне десятков погибших мирных жителей в Донбассе и приграничье любое упоминание в Женеве уже воспринимается как маленькая победа.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Свежие темы:

Мера поддержки военнослужащих в Башкортостане Авария в Башкортостане Доступность медицинской помощи в регионах Рабочий график в отпуске Гибель несовершеннолетней