Глава МИД России усмотрел в риторике Вашингтона намёк на роль посредника по Украине
Анкориджские договорённости остались без подписей — Лавров ждёт от США конкретики
Вашингтон всё активнее даёт понять, что готов взять на себя миссию по объединению сторон украинского конфликта. По крайней мере, такую мысль высказал министр иностранных дел России Сергей Лавров, комментируя недавние заявления госсекретаря США Марко Рубио. Лавров считает, что подобные сигналы уже звучат как прямая заявка на посредничество.
«Когда демонстрируется интерес к тому, чтобы Соединенные Штаты Америки заняли конструктивную позицию и содействовали сближению сторон, это можно рассматривать как заявку на посредничество», — отметил Лавров в беседе с журналистами. Его слова передаёт ТАСС.
Поводом для такой оценки стала попытка Рубио объяснить, что именно обсуждалось на прошлогоднем саммите на Аляске. По словам госсекретаря, тогда президенты России и США говорили только об общих подходах к урегулированию. Никаких формальных документов стороны не подписывали. И это, по версии Вашингтона, не отход от ранее согласованных позиций — просто тогда не дошли до конкретных бумаг.
Рубио подчеркнул, что Америка готова сыграть конструктивную роль, чтобы «объединить конфликтующие стороны ради прекращения войны». Он добавил: президент США занимался этим вопросом последние полтора года. Однако в Москве такую активность воспринимают настороженно. Лавров дал понять: если Вашингтон действительно хочет быть посредником, пусть внесёт полную ясность — на каких условиях и с какой целью.
Чего ждать от посредничества
Эксперты отмечают: сам по себе факт, что госсекретарь так подробно комментирует анкориджские переговоры, говорит о многом. Видимо, в США почувствовали, что переговорный трек может сдвинуться с мёртвой точки. Но пока остаётся масса неопределённости. В российской дипломатии не раз подчёркивали: для посредничества нужны не просто слова, а чёткие гарантии. Иначе это рискует остаться декларацией.
Лавров в своей реплике не дал прямой оценки намерениям Рубио — он лишь зафиксировал: мы слышим заявку. Теперь слово за Вашингтоном. Если США готовы превратить свои заявления в практическую работу, им придётся определить формат — кто будет посредником, на какой площадке и с каким мандатом.
Что говорят в Вашингтоне
Рубио, отвечая на критику Москвы, напомнил: на саммите в Анкоридже обсуждались только предложения. Никаких обязательств ни одна из сторон на себя не брала. При этом он признал, что президент США потратил полтора года на попытки сблизить позиции. Пока результат неочевиден, но работа, по его словам, продолжается. Американская сторона настаивает: хочет «конструктивной роли» и готова её сыграть.
В российском внешнеполитическом ведомстве к таким заверениям относятся сдержанно. Там напоминают: реальное посредничество — это не просто добрые намерения. Нужны конкретные предложения, которые можно положить на стол переговоров. Пока их нет.
ТАСС, комментируя ситуацию, отмечает, что заявления Лаврова стали одной из главных тем дня в дипломатических кругах. Пока неясно, последуют ли за ними практические шаги. Но сам факт, что Москва публично заговорила о заявке на посредничество, — уже сигнал.