Максим Решетников перечислил экономические выгоды Армении от участия в ЕАЭС
0,9% товарооборота и газ по 177 долларов: что теряет Ереван при выходе из союза
Глава Минэкономразвития России Максим Решетников в развёрнутом комментарии фактически подвёл черту под дискуссией о целесообразности членства Армении в Евразийском экономическом союзе. Его заявление — прямая реакция на недавние высказывания Никола Пашиняна о Южно-Кавказской железной дороге и возможном пересмотре концессии.
Министр начал с цифр. С 2015 года армянский экспорт в страны ЕАЭС вырос в 13 раз — с 240 миллионов до 3,2 миллиарда долларов. Более 80% традиционных товаров республики — продовольствие, сельхозпродукция, алкоголь — уходят именно на рынок союза. Единые требования к качеству и логистика позволяют армянским производителям чувствовать себя уверенно, пояснил Решетников. Альтернативные рынки, по его словам, потребуют долгой перестройки цепочек и таят серьёзные коммерческие риски.
Но дальше последовала более жёсткая оценка. Решетников привёл долю Армении в общем товарообороте России с внешним миром — менее 0,9%. Для других участников ЕАЭС показатели ещё скромнее: Белоруссия — 0,3%, Казахстан — 0,05%, Киргизия — 0,02%. «Для нас не составит труда заместить армянские поставки», — констатировал министр. Этот тезис стал одним из ключевых в его выступлении.
Не менее важной оказалась тема газа. Решетников напомнил, что в рамках общего рынка газа ЕАЭС Россия поставляет Армении топливо по 177,5 доллара за тысячу кубометров. Для сравнения — европейские цены перешагнули отметку в 600 долларов. «Иначе чем субсидированием это назвать нельзя», — отметил глава Минэкономразвития. Ежегодная экономия Армении за счёт пониженной пошлины на газ составляет около 120 миллионов долларов. Вряд ли кто-то за пределами союза предложит такие условия, подчеркнул он.
Решетников предупредил: если Армения лишится доступа к рынку ЕАЭС в качестве полноправного члена, экспорт в страны союза упадёт более чем на 60%. Причины — восстановление таможенного контроля, прекращение автоматического признания документов на товары и рост логистических издержек. Это не гипотетические риски, а реальные последствия тех решений, о которых руководство республики открыто заявляет.
Говоря о ситуации с ЮКЖД, министр напомнил: «это не бесплатный актив российской компании, а предприятие, в которое уже проинвестировано более 30 миллиардов рублей, закуплен новый подвижной состав, развивается инфраструктура на основе контрактных обязательств». Если эти обязательства будут в одностороннем порядке пересмотрены, а российскому инвестору нанесён ущерб, у Москвы появятся основания требовать компенсации. Постановка вопроса о том, что Россия должна что-то доплачивать Армении, по словам Решетникова, безосновательна.
Особое внимание министр уделил историческому контексту. Интеграционный проект успешно существовал без Армении — в формате Единого экономического пространства и Таможенного союза, созданных Белоруссией, Казахстаном и Россией ещё в 2010 году. И в случае реализации курса Еревана на вступление в Евросоюз союз будет существовать и развиваться без неё, заключил Решетников.
Таким образом, российская сторона чётко обозначила: экономические преференции Армении в рамках ЕАЭС не являются односторонними, и любое изменение статуса повлечёт за собой измеримые потери для республики.