Пять литров в бак и то — одолжение: как водители выживают на трассе
Второй год подряд летом на Дальнем Востоке повторяется одна и та же история — топливный дефицит. Заправки вводят лимиты, очереди растут, а перегонщики, которые везут машины из Владивостока в другие регионы, оказываются в заложниках ситуации. Один из них, Максим Протасов, рассказал, как отдал 1000 рублей за 4 литра бензина под Читой.
Максик вез новенькую иномарку. На всякий случай взял с собой из дома 10-литровую канистру — запас, как он думал, на крайний случай. Но крайний случай наступил быстрее, чем ожидалось.
— Приехали на БРК под Читой, — рассказывает Протасов. — Там налили только 5 литров в бак. У меня ещё канистра была, тоже пятилитровая, с бензином из Владивостока — она очень выручила.
Но даже с канистрой до следующей заправки не хватило. Пришлось искать альтернативу. Нашёл частника, который за 1000 рублей продал 4 литра. Цена за литр вышла запредельная — 250 рублей при средней розничной около 60–70. Но выбора не было: если машина встанет, простой обойдётся дороже.
Сейчас, по его словам, на некоторых заправках «Роснефти» под Читой ввели ограничение — не больше 30 литров в одни руки. А где-то отпускают и того меньше — 5–10 литров. Водители встают в очереди на четыре часа и больше, но уехать всё равно не могут — топлива на всех не хватает.
«Сейчас стоим в очереди, ждать часа 4, не меньше. Но дальше — неизвестно. Если и там дадут по пять литров, то придётся снова искать», — говорит перегонщик.
Почему так происходит второй год
Проблема не нова. Летом 2025 года на Дальнем Востоке уже фиксировали дефицит бензина. Тогда причиной называли рост спроса в сезон отпусков и сбои в логистике. В этом году ситуация повторяется. Перегонщики — одна из самых уязвимых групп: они едут транзитом, не имеют постоянных контрактов с заправками и зависят от случайных продавцов.
В Бурятии и Забайкалье, по сообщениям местных изданий, топливо продают только по талонам или лимитам. Минтранс Бурятии уже комментировал ситуацию, признав проблемы с оплатой через сервисы. Но на трассах это не чувствуется — заправки стоят закрытые или с табличками «бензина нет».
Максим Протасов везёт машину клиенту. Если он не уложится в срок, придётся платить неустойку. Поэтому 250 рублей за литр — не грабёж, а способ доехать.
— Хорошо, что канистру взял, — говорит он. — Многие перегонщики вообще без запаса едут. А потом у кого-то на трассе бензин кончается, и всё — стой, звони, ищи.
Официальной статистики, сколько именно перегонщиков застряло на трассах, нет. Но в чатах и соцсетях таких историй десятки. Кто-то ночует в машине, кто-то возвращается назад. Единицы находят лазейки — как Протасов, через частников.
Чем закончится эта история, пока неясно. Власти обещают стабилизировать поставки, но водители на трассе этих обещаний не видят. Они видят пустые колонки и ценники, от которых становится тошно.