Пять часов ручных мехов и 550 граммов металла: что показал эксперимент в Шниткино
Участники экспедиции в раннесредневековом поселении Шниткино, что на реке Торопе, решили проверить одну из своих гипотез на практике. Находки, сделанные на этом памятнике IX-X веков, намекали на то, что местные жители могли сами варить железо, а не только обрабатывать привозное. Чтобы подтвердить или опровергнуть эту версию, археологи взялись за воссоздание сыродутного способа — технологии, которой без малого тысяча лет.
Результаты эксперимента они опубликовали в своем Telegram-канале. Получилось не сразу и не просто.
Для начала собрали все необходимое: глину для печи, песок, камень, древесный уголь. Рудой послужил лимонит — бурый железняк, который в этих краях добывали из болот. Никаких современных ухищрений вроде бура или извести. Воздух в горн подавали через парные ручные меха, как это делали средневековые мастера.
Главная трудность, как признались исследователи, оказалась не в химии процесса, а в физике. Меха, раструб и сопло приходилось поддерживать в рабочем состоянии на протяжении пяти-восьми часов. Непрерывная динамическая нагрузка быстро давала о себе знать: конструкция то и дело требовала подправки и регулировки.
Без отступлений от аутентичности, впрочем, не обошлось. Деревянная трубка, через которую шел воздух, при первой же попытке частично сгорела. Пришлось заменить ее на трубу из оцинкованного листа — современный материал, но иначе эксперимент мог просто сорваться.
Итог, по меркам промышленного производства, скромный. Из пяти килограммов руды и более чем сорока килограммов угля получили 550 граммов губчатого железа. Но для научной реконструкции это результат. Крицу после дополнительной обработки можно превратить в материал, пригодный для кузнечной работы. То есть технологическая цепочка, которую использовали жители Шниткино, оказалась рабочей.
Сам факт того, что в поселении могли выплавлять железо из местной руды, меняет представление о его экономике. Это не просто точка на карте, куда привозили готовые изделия, а место, где существовало собственное производство. Пусть небольшое, кустарное, но свое.
Эксперимент длился не один день. Исследователям пришлось перебрать не один вариант, прежде чем удалось добиться стабильной температуры в горне. Каждая попытка — это часы работы у раскаленной печи, смена людей у мехов и постоянный контроль за тем, чтобы огонь не погас и жар не упал ниже нужной отметки.
Сыродутный способ, напомним, был основным способом получения железа в Европе и на Руси вплоть до позднего Средневековья. Название пошло от того, что в печь подавали холодный, «сырой» воздух, в отличие от более поздних методов с подогревом дутья. Качество металла получалось неоднородным, но для большинства хозяйственных нужд его хватало.
Раскопки в Шниткино продолжаются. Параллельно с железоделательным экспериментом археологи работают и на других объектах. Так, ранее в Якутии, исследуя могильник Ой-Муран, они наткнулись на редкую находку — нефритовое кольцо возрастом около пяти с половиной тысяч лет. Но это уже другая история, из другого региона и другой эпохи.
Что касается тверского эксперимента, то его результаты еще предстоит осмыслить и сопоставить с данными раскопок. Возможно, в культурном слое поселения удастся найти следы древних горнов — шлаки, обломки сопел или остатки криц. Тогда картина станет полной.
«Мы хотели понять, могли ли местные мастера обеспечивать себя железом самостоятельно. Теперь у нас есть основания полагать, что могли», — рассказали участники экспедиции.