Стоп-кран, чужая кобура и пять дней борьбы за жизнь
7 октября пресс-служба ФСИН сообщила о смерти раненого конвоира. Он скончался в лечебном учреждении спустя пять дней после нападения в поезде.
«Один из раненых при нападении на конвой сотрудников в КБР скончался в лечебном учреждении», — говорится в официальном сообщении. Руководство службы выразило соболезнования родным и близким погибшего. Семье обещали помочь — и деньгами, и поддержкой.
Теперь погибших двое. Первый конвоир умер на месте, ещё четверо получили ранения. Один из них не выжил.
Что вообще произошло в том вагоне — картина складывается по крупицам. Поезд шёл из Владикавказа в Адлер. Спецвагон, этапируемые, охрана. Обычный, казалось бы, перегон.
Один из арестантов — Дмитрий Пушкарев, осуждённый по наркотической статье, — попросился в туалет. Дальше всё пошло не по протоколу. Он сорвал стоп-кран. Поезд встал. Внимание сопровождающего на секунду сместилось — этого хватило.
Пушкарев добрался до табельного оружия конвоира и открыл стрельбу. По сотрудникам. В замкнутом пространстве вагона, где не спрятаться и не отступить.
Ответным огнём нападавшего ликвидировали. Но было поздно — один конвоир уже погиб, остальные получили ранения. Кто-то тяжелее, кто-то легче. Тот, о ком сегодня сообщили, боролся за жизнь пять дней.
Как это вообще стало возможным
Вопрос, который сейчас обсуждают все — от бывших сотрудников системы до обычных пассажиров, которые ездят теми же маршрутами. Как заключённый в спецвагоне смог добраться до стоп-крана и до чужой кобуры?
Порядок сопровождения этапируемых прописан детально. Один конвоир на группу, дистанция, запрет на контакт, оружие — только в кобуре с фиксацией. Если всё это соблюдается, провернуть такое в одиночку практически нереально.
Значит, либо правила нарушили, либо Пушкарев оказался быстрее и хитрее, чем предполагала охрана. Возможно — и то, и другое.
Следствие уже работает. Возбуждено уголовное дело. Обстоятельства устанавливают. Официальных выводов пока нет — и вряд ли они появятся в ближайшие дни.
Что говорят в ведомстве
ФСИН подтвердила гибель конвоира и ограничилась соболезнованиями. Никаких деталей о том, как именно заключённый получил доступ к оружию, ведомство не приводит. Это стандартная практика — до окончания проверки публично не раскрывают ничего лишнего.
По данным ведомства, инцидент произошёл в районе станции Муртазово, недалеко от Беслана. Этапирование по железной дороге остаётся одним из самых уязвимых участков системы: замкнутое пространство, ограниченный состав охраны, невозможность быстро вызвать подкрепление.
«Один из этапируемых заключённых напал на сотрудника конвоя, причинив ему смертельные ранения. Информация о захвате заключёнными заложников не подтверждается», — сообщали в ведомстве сразу после происшествия.
Уголовное дело, возбуждённое по факту нападения, продолжает расследоваться. Пушкарев, который его устроил, мёртв — ответить за содеянное он уже не сможет. Вопросы остались к тем, кто должен был не допустить подобного.