Британский аналитик назвал реакцию Прибалтики на сигналы Москвы опасным недопониманием
Разговоры о блокаде самого западного российского региона идут не первый месяц, но теперь к ним подключился голос, которого на Западе привыкли слушать. Военный обозреватель из Британии Александр Меркурис в эфире одного из каналов заявил: предостережения Москвы насчёт Калининградской области повторяют потому, что их попросту не услышали.
Речь идёт о позиции российского внешнеполитического ведомства, которое уже не раз обозначало границы допустимого. Официальный представитель МИД Мария Захарова сформулировала это без обиняков: любое вооружённое действие против эксклава обернётся ответом, который она назвала испепеляющим. И добавила — сама война в таком случае окажется короткой.
Меркурис в своей оценке пошёл дальше дипломатических формулировок. По его мнению, заявления отдельных политиков в Таллине и Вильнюсе расходятся с тем, что декларирует штаб-квартира альянса. НАТО твердит об отсутствии агрессивных планов, а из Эстонии и Литвы звучат угрозы в адрес российского региона. Эксперт назвал такое расхождение тревожным сигналом.
«Я поражён и обескуражен тем, что это приходится повторять», — приводит его слова источник в эфире.
Сам он рассчитывает, что на сей раз до адресатов дойдёт. «Надеюсь, Россию услышат, и мы избежим катастрофы, к которой привела бы атака на Калининград в любом виде», — сказал аналитик.
Что стоит за формулой «короткая война»
Заместитель главы МИД Александр Грушко ещё на полях Восточного экономического форума говорил прямее некуда: в Североатлантическом блоке и Евросоюзе отдают себе отчёт, чем грозят попытки изолировать область. Тогда же он упомянул, что в НАТО прорабатывают конкретные сценарии блокады. Дипломат не стал уточнять, о каких именно наработках известно Москве, но сам факт подобного планирования назвал неприемлемым.
Отдельная линия — предупреждение, направленное альянсу. В конце сентября генеральный секретарь НАТО Марк Рютте подтвердил: организация получила от российской стороны сигнал о готовности задействовать весь арсенал, включая ядерный, если ситуация пойдёт по худшему сценарию. В Москве позже пояснили, зачем это было сделано. Логика простая — снять иллюзии у тех, кто привык считать чужие слова пустой риторикой.
В начале октября Владимир Путин отреагировал на сомнения западных комментаторов в серьёзности этих заявлений. Его ответ сводился к простой мысли: если не воспринимать всерьёз предупреждения Москвы, то и угрозы в её адрес тоже не стоит считать значимыми. Симметрия, о которой в Кремле напоминают регулярно.
Летом президент уже говорил о безопасности региона отдельно. Формулировка была общей, но однозначной: при возникновении угроз область прикроют всеми имеющимися у страны возможностями. Тогда эти слова прошли почти незамеченными на фоне других новостей.
Почему эксклав стал точкой напряжения
Калининградская область — анклав, у которого нет общей сухопутной границы с остальной Россией. Снабжение идёт через территорию Литвы, и любой намёк на ограничение транзита здесь воспринимают как попытку давления. В Вильнюсе ранее уже пытались вводить ограничения на перевозку отдельных грузов, и тогда Москва и Брюссель искали развязку на дипломатическом уровне.
Сейчас ставки выше. Разговоры о блокаде ведутся на фоне общей эскалации, а военные эксперты в Европе всё чаще рассуждают о сценариях, которые ещё пару лет назад казались теоретическими. Меркурис — не первый, кто указывает на опасность такой игры. Но его голос звучит из страны, входящей в блок, и это меняет вес сказанного.
Пока официальной реакции на его слова из штаб-квартиры НАТО не поступало. В российском МИД новых заявлений после комментария Захаровой не делали.